Саратовский театр кукол “Теремок” провел драматургическую лабораторию “Торшер”. Говорят, что название пришло спонтанно. Ее особенность в том, что пьесы писали молодые люди, старшеклассники и студенты, для которых литература это увлечение. Так работает известная программа class act. Только здесь была оглядка на театра кукол. Работали участники при помощи кураторов: вместе с театроведом и поэтом Ниной Малыгиной мы все вместе проходили тренинги на написание текстов, разбирали получившееся и в итоге сцена за сценой молодые авторы пришли к результату. Было написано пять полноценных пьес, а в рамках фестиваля “Формат К” состоялись читки, которые подготовили актеры Саратовского театра кукол.
О чем и как пишут молодые авторы?
Полина Сахно в пьесе “Ба, Де и я” в лаконичной форме рассказывает о деменции. Всего 11 страниц текста, в котором полностью звучит две песни, в начале и в финале, в финале: “Потеряла я колечко, Потеряла я любовь...”.
Главная героиня Лёля помогает бабушке справиться с деменцией - насколько это возможно - и разговаривает с загадочной Маской лошади. Та, вернее тот - персонаж говорит о себе в мужском роде, в свою очередь курит на балконе, бросая бычки за ограждение и рассуждает о слове “смерть” на сербском языке: “Смрт, гласных нет, не тянется, она мгновенна, по-моему, здорово “. Люди с деменцией и их близкие постепенно исчезают друг для друга, как буквы в пугающем слове, которое рядом с такой потерей уже не выглядит максимально страшным.
Андрей Мудрецов написал пьесу “На пути” о встрече-невстрече двух персонажей. Действие происходил на пустом железнодорожном полустанке. Интеллигентный профессор и простой парень каждый по своим причинам пропустили свои электрички и как это и положено делятся чем-то важным со случайным попутчиком.
А. Мужчина, Вы не спите?
В. (разбуженный). Я хочу спать, но Вы с концами отбили моё желание отбывать в царство Морфея. Я боюсь встретить там Вас.
А. Царство Морфея? Знаю я одного, только не видел никогда. Забавно.
В. (беспафосно). Ну, это царство снов в древнегреческой мифологии, а Морфей (зевает) - бог снов, сын Гипноса и Никты, его родители.., в общем, просто бог сновидений, неважно.
А. Вы, видать, из учёной братии! И что Вы забыли на самой гнилой в мире станции? Не водятся у нас такие, поэтому уж шибко интересно.
В референсах можно перечислить “В ожидании Годо” Беккета и “Ехай” Нины Садур, тексты, которые не были известны молодому автору, но пришли в голову профессионалам. Проходы характерного деда и неприятных подростков только усиливают одиночество людей, которые завершают встречу важным решением сесть в разные вагоны, чтобы никогда больше не увидеться.
Дарья Чернова в пьесе “Внезапная любовь” соединила фэнтези и романтику. Гаврила - молодой автор, который хочет стать популярным. Вместе с другом Кузей он пишет удачный роман, выводя из себя писателя-завистника Алексея. Писатель с неслучайным библейским именем любит порассуждать, что становится поводом для монологов, полных рефлексии. А еще главный герой влюбляется в ангела:
Гаврила: Ты не представляешь, как долго я тебя искал. Я уже думал, что мне все это снится, и популярность, и драка с тем известным писателем. Читал его книги и никогда бы не подумал, что он захочет сделать со мной коллаборацию и уж тем более, чтобы я его ударил.
Анастасия: Я не могла раскрыть свою личность, ты же понимаешь. Такие правила, как я тебе и говорила. Если ты начнешь меня видеть снова, ты уже не сможешь жить. Прости меня, я пыталась тебя отгородить от всего этого. Наладила отношения с тем писателем Алексеем и пыталась исчезнуть из твоей жизни, но ты снова и снова пытался меня найти.
Ольга Николаева исследовала в свой пьесе “Caedere” психологические аспекты болезни, когда человек сам себя подталкивает к суициду. Пьеса начинается максимально бытово, Арина едет на троллейбусе в институт. Она учится на филолога, общается с однокурсниками, слушает лекции (довольно подробные). Драматург фиксирует реальность в том числе и в ремарках: “Через несколько минут приходит маршрутка. Арина садится в неё. Сидя она видит как идут люди по улице. Потом она видит кошку, которая заходит в магазин под названием «Радиомир» и задумывается над тем зачем кошке идти в этот магазин. Выходя из маршрутки, она проходит под мостом, где нарисовано небольшое граффити с маленьким принцем и надписью «Самого главного глазами не увидишь» . Заходит в квартиру. “
Невыносимо слышать Шёпот в голове, тот все время твердит: “Никчёмная! Ты обуза! Везде проигрываешь… Бежишь, опять, опять, опять, бежишь! Ничего не делаешь! Возьми вилку, давай, давай, возьми её крепче, проткни горло себе. Ты никому всë равно не нужна! Зря ресурсы потребляешь”. Легче всего ей общаться с частом GPT, который во второй - фантастической - части пьесы обретает независимость, отчего героиня оказывается в суде. Спойлер: фантастические сцены оказываются только сном.
Александр Муравкин написал жанровую пьесу “Убить человека в четырех соснах”. Место действия - отель в заснеженной тайге, куда довольно трудно добраться, и вначале действие похоже на герметичный детектив. Потом в диалоги врывается экшн (случайные и неслучайные выстрелы, женские крики, экстремальный выход из окна на карниз), в который добавлены черно-ироничные нотки МакДонаха, а от него недалеко и до Тарантино. Конечно, автор пьесы ирландского драматурга не читал, тем ценнее владение жанром.
Васильев. (Садясь рядом) Так ты говоришь – окулист?
Крылатый с непониманием смотрит на Гусева и Соловьева.
Гусев. Окулист...
Васильев. И тебе отец помог эту специальность выбрать?
Гусев. (Трогая очки) В каком-то смысле...
Васильев. А нравится?
Гусев. В целом, жаловаться не на что, хотя как оказалось, не все пошло не так, как я думал.
Васильев. Понятно...
Гусев. А тебе твоя нравится?
Васильев. (Нервно усмехнувшись) Вообще – нет!
Гусев. А чего не бросишь пока не поздно?
Васильев. (Помедлив) Сложно это... Мне кажется, мама не поймет...
Гусев. С чего бы?
Васильев. Она так меня поддерживала, когда я поступил, думаю разочаруется, если я сейчас сдамся.
Казалось бы обычный диалог, но есть один нюанс. Васильев учится на киллера. Но так темы самоопределения и сепарации звучат только острее.
Отрывки из всех пяти пьес можно прочитать на сайте Саратовского отделения СТД РФ - https://std-saratov.ru/dramaturgicheskaya-laboratoriya-torsher-publikuet-otryvki-pes-avtorov-uchastnikov/. Если они заинтересуют, можно связаться с организаторами лаборатории. Проект продолжается, 1 марта 2026 года читки двух - “Ба, Де и я” и “Убить человека в четырех соснах” - состоятся в Московском Открыто театре кукол в рамках проекта “Много текста”. А возможно где-то случится поставка, или авторы продолжат писать пьесы.
“Торшер” - не просто символ чтения, но волшебная лампа, исполнившая мечту не только молодых драматургов, но и театра, заинтересованного в подобном общении со своей аудиторией. Даже при чтении будоражащих текстов, этот образ успокаивает.