От чайки до музея: фестиваль «Молодежь. Театр. Фест»

В конце мая Санкт-Петербургский театр юных зрителей имени А. Брянцева в двадцать седьмой раз провел Международный театральный фестиваль «Молодежь. Театр. Фест». Кто-то до сих пор по привычке называет фестиваль «Радуга», добавляя «Молодежь. Театр. Фест», но неизменным остается стремление организаторов во главе с директором фестиваля Светланой Лаврецовой представить разнообразную и яркую программу современных спектаклей именно для молодого зрителя: классические пьесы тут рядом с притчами, новая драма рядом с переосмыслением известных сюжетов, танцевальные спектакли и драматические постановки собраны из России и зарубежья.

В течение недели, с 22 по 29 мая, фестиваль показал 20 спектаклей из 11 стран, представил режиссерско-драматургическую лабораторию «ТЮЗ. Перечитывая заново» (где кураторы режиссер Тимур Кулов и театровед Александр Вислов сосредоточились на историческом наследии ТЮЗа времен Зиновия Корогодского и дали молодым режиссерам переосмыслить четыре пьесы, среди которых – «Будь здоров, школяр» и «Радуга зимой»). Также фестиваль организовал круглый стол по современным театральным фестивалям России и зарубежья, что ныне создают в Египте или на Платоновском фестивале в Воронеже. За насыщенной фестивальной программой, признаться, было трудно угнаться в течение всех фестивальных дней. В афише этого года – Московский театр Олега Табакова и Театр РОСТА в Царицыно (Москва), Государственный Бурятский академический театр драмы им. Х. Намсараева (Улан-Удэ), Алтайский государственный театр для детей и молодёжи им. В.С. Золотухина (Барнаул), Национальный молодежный театр Республики Башкортостан им. М. Карима (Уфа), театры юных зрителей из Санкт-Петербурга, Твери, Воронежа и Ульяновска. В зарубежной программе собрали коллективы из Беларуси, Армении, Узбекистана, Венгрии, Казахстана, Туниса, Сербии, Иордании и Египта. В плотной афише Чехов встречается с Тургеневым, Айтматов с Мэри Шелли, Пушкин с театральной адаптацией киносценария Роберта Олдрича.

Например, «Чайка» в Театре Тота Йожефа (Сентеш, Венгрия) в постановке режиссера из Армении Каро Баляна, становится историей тотально одиноких людей и Нины Заречной, ее личным гимном и трагедией. Нина в исполнении Юлианны Лазар – совершенно хрупкая, угловатая, искренняя девочка, дитя природы, которая не играет, а живет одним моментом. Ее взрывная любовь к очаровательному светскому льву и бонвивану Тригорину (Гергели Чизмада) это смертельной остроты чувство, когда она льнет, стремится, хватается за своего возлюбленного. В их встречах – мощная телесность момента, адская разница в возрасте, от которой бросает в дрожь, и одновременно чудо притягательной любви. Аркадина (Орсоля Канчар) видит в ней если не наигранность юной актрисы, то детскую привязчивость подростка, фанатку сцены и от того эта наивность раздражает. Все начинается с застолья персонажей за длинным столом, на этом же столе звучит знаменитый монолог «люди, львы, орлы и куропатки», за этим же столом страдают, собираются вместе, расстаются, а бесконечная зацикленность дачной жизни – это круг сцены, который послушно вывозит и увозит персонажей. Неизменны только черный силуэт дерева на заднике, природы здесь нет, все лишь театральные условности – и только ярким пятном в финале повиснет красная тряпка: в нее заворачивалась Нина в образе «мировой души» в любительской постановке, она и останется как поникший флаг или как сброшенное женское платье. В изломанности линий, нервозности, порывистости жестов Нина Заречная в финале становится похожей на куклу, которая теряет себя рядом с буржуазным, выверенным миром Аркадиной. Костя Треплев в этой истории – некто из поколения независимых новых режиссеров, которые ищут новые формы и стреляются от невозможности любви в этом повороте театрального круга и жизни.

«Пегий пес, бегущий краем моря», который поставил режиссер Марат Дашемпилов вместе со сценографом Сэсэг Дондоковой в Государственном Бурятском академическом театре драмы им. Х.Намсарева (Улан-Удэ), производит большое впечатление своим сильным визуальным прочтением классики Чингиза Айтматова – пронизанный шаманским духом и северными легендами спектакль похож на большое путешествие за край мира. Здесь зрителей встречает огромный, до колосников прозрачный куб, внутри которого будет бурлить море и плыть сплетенная из веревок и как будто корней мирового древа лодка, в этом кубическом пространстве останутся замкнуты во время страшного штиля и тумана рыбаки. Свою песнь о мужестве, героизме и силе духа начнет выпевать женщина-шаманка, которая как будто наверху горы рассказывает историю о том, как отправляются в море юный Кириск, его дедушка Орган, дядя Мылгун и отец Эмрайин (весь спектакль идет на бурятском языке с синхронным переводом). Вот же они, прямо перед зрителем, живые люди, мужчины-добытчики, которые рассказывают охотничьи байки и былички, готовят к посвящению в охотники мальчика Кириска, поют о Рыбе-Женщине и уходят в иное пространство за прозрачным кубом, где их судьба уже будет зависеть от морской стихии. Большая лодка опасно кренится в тумане, вертится из стороны в сторону под песни и ветер, взмывает носом в небо, застывает последней колыбелью для взрослых – туман не рассеивается благодаря замкнутому пространству, а видеодизайн сопровождает историю акварельными иллюстрациями суровых пейзажей и морских просторов. Рыбаки один за другим принимают решение выброситься в море, чтобы оставить еще одну каплю пресной воды умирающему от жажды мальчику Кириску – и оставить еще одно напутствие живым, покидая замкнутый куб и выходя к зрителям. И вот уже публика становится собранием духов рода, судьями поступков героев и бесконечными поколениями, которые смотрят на эту историю. Опыт Марата Дашемпилова, который несколько сезонов проработал в знаменитом Цирке Дю Солей, помогает создать безусловно красочную и поэтическую историю, в которой существует синтез драмы, великолепной музыки и северного колорита, о хрупкости человека и силе его духа.

Спектакль «Ты – с того дня» театра «Аш-Шамс» (Амман, Иордания) от режиссера Салама Кубалайта – камерная постановка о трансформации собственной истории в глазах разных поколений. Буквально созданный на нескольких стульях и столе спектакль обращается к взаимодействию писателя и читателя, когда девушка из сегодняшнего времени, буквально – из кофейни с киноэкрана, выходит на сцену и пытается разгадать создание знаменитого романа о прошлом своей страны (в основе спектакля известный на родине роман Тайсира Сбула). Спектакль оставляет впечатление сумбурности чувств и разобщенности всех героев, каждый из которых пытается докричаться из своего времени, но, возможно, и само пространство большой помпезной сцены Эрмитажного театра не дает камерной истории достучаться до зрителя. Постановка тунисского «El Teatro» режиссера Тауфика Джебали «Безумец» трансформирует притчи и стихи в прозе арабского писателя и философа Халиля Джебрана в яркие визуальные образы видеоарта, которые дают импульс для выразительной хореографии Марвена Эрруина, Ясмин Димасси, Амель Ауини и Амины Бдири. Сочетая национальный колорит в электронной музыке, напряженной динамике танца, они создают цепочку коротких историй-зарисовок об Уродстве, которая украла одежды Красоты, о наблюдении поэта за миром, – и преобразуют в хореографический рисунок, встраивая тела в геометрические фигуры, проекции трепещущего видеоарта от художников Сабри Атроус, Валид Хассир и Зидан Мехрез. Напротив, египетский спектакль из Каира от режиссера Мохамеда Адель Аль-Наггара (Египетский Высший институт театра) обращается к всемирной известной истории Франкенштейна, переосмысляя ее в спектакле «Монстр» – здесь даже костюмированный сюжет Мэри Шелли претерпевает существенную перемену, когда внезапно жена создателя, Виктора Франкенштейна, на манер леди Макбет требует вернуть чудовище и книгу, в которой описан рецепт создания монстра. Сам же монстр стремится понять этот мир с наивностью и открытостью ребенка, который сталкивается с мощной силой нелюбви и не озлобляется, а оскорбляется за то, что таким уродом выглядит в глазах создателя. Здесь нет страшного, но есть нелюбимое, что ужасно вдвойне.

«Отцы и дети» в постановке Сергея Щедрина в Брестском академическом театре драмы (Беларусь) переносят действие в наши дни, когда противостояние Базарова и Кирсанова становятся чем-то сродни яркого стендапа между зуммерами, миллениалами и всеми остальными возрастами. Острого, с юмором, наблюдательного, но, на удивление, совершенно не преодолевающего бездны смыслов между героями, где Базаров так и остается пустозвонным кумиром молодежи, склонным к эпатажу ради формы и не способным на искренность. История «На рассвете» от режиссера Тимура Кулова (спектакль хозяев фестиваля, Санкт-Петербургского ТЮЗа) наоборот отсылает к страху перед старостью и забвением. Это бенефис двух ярких драматических актрис ТЮЗа Антонины Введенской и Татьяны Ткач по сценарию голливудского фильма «Что случилось с Бэби Джейн?». Обитая в доме разрушенных иллюзий, бывшие дивы кинематографа пожирают друг друга своими амбициями, живут памятью об успехах и разъедающей нелюбовью друг к другу. Детективная составляющая этой истории помогает следить за сюжетом, но на самом деле ты видишь запустение после триумфа и неумение жить без света успешности и зрительской любви.

Как раз к фестивалю произошло еще одно важное событие в истории ТЮЗа имени Брянцева – на пятом этаже театра открылся Новый музей театра. Экспозиция создана Бахрушинским театральным музеем и представила более 250 экспонатов из богатой истории Театра юных зрителей. Неслучайно центральной точкой музея можно считать эскизы и макет первого спектакля «Конёк-Горбунок» художника Владимира Бейкера, постановки, с которой начинается история спектаклей для детей в 1922 году. «Конёк-Горбунок» до сих пор идет на сцене ТЮЗа, возобновлялся семь раз и вошел в Золотой фонд спектаклей Союза театральных деятелей в 2025 году, получив телеверсию для федеральных каналов. Музейная экспозиция здесь разделена на разные эпохи театра для детей и молодежи – есть тут и трогательная записка Александра Брянцев «в случае моей смерти…», и афиши времен Зиновия Корогодского, и костюмы «Короля Лира» того периода, когда Адольф Шапиро был художественным руководителем театра, и фотографии, когда к Самуилу Маршаку на юбилей приходит делегация месяцев из спектакля «Двенадцать месяцев». Музей, хотя и небольшой по пространству, оставляет большое впечатление от концентрации времени и фигур российского театра, которые принимали участие в истории ТЮЗа. А в цветовом оформлении музея есть даже отсылка к цветам занавеса и обивки стульев зрительного зала.

P.S. К слову, в 2026 году, в год 100-летия Зиновия Корогодского в Театральной библиотеке Санкт-Петербурга проходит выставка «Зиновий Корогодский: 22 полукруга длиною в жизнь», где можно увидеть фотографии мастера времен работы Ленинградского ТЮЗа, и артефакты: например, программку спектакля «Вей, ветерок!» или пьесу «Баллада о славном Бильбо Бэггинсе». Курсы Корогодского традиционно назывались «творческий полукруг», от этого и название выставки. Любопытно почитать и его прекрасные интервью, и увидеть его фотографии с Окуджавой и Ростроповичем, Кнебель и Гафтом.

Татьяна Боброва