«Недоросль» продолжает публикацию текстов, написанных школьницами, то есть непосредственно теми, для кого и создается театр для подростков. Редакции кажется важным непосредственный отклик этих внимательных, вдумчивых и очень театральных зрителей, поэтому тексты мы публикуем «как есть», практически без редактуры. В данном материале десятиклассница Екатерина Бирюкова пишет про свои самые сильные впечатления от сезона в ее родном Томске.
Театральный сезон 2025/2026 в Томске оказался щедрым на откровения, особенно когда речь заходила о спектаклях для детей и подростков. Мне посчастливилось увидеть постановки глубокие, визуально интересные и, главное, эмоционально честные, говорящие с подрастающим поколением на равных. Режиссеры смело касались самых тонких струн человеческой души, поднимая темы, о которых порой так трудно начать разговор: отголоски детских обид и хрупкие отношения с родителями, историческая память, жертвенность и всепобеждающая сила искусства. Перед вами – четыре главных театральных события этого сезона, которые глубже всего запали мне в душу и заставили поверить в чудо.
Театральный сезон 2025/2026 в Томске оказался щедрым на откровения, особенно когда речь заходила о спектаклях для детей и подростков. Мне посчастливилось увидеть постановки глубокие, визуально интересные и, главное, эмоционально честные, говорящие с подрастающим поколением на равных. Режиссеры смело касались самых тонких струн человеческой души, поднимая темы, о которых порой так трудно начать разговор: отголоски детских обид и хрупкие отношения с родителями, историческая память, жертвенность и всепобеждающая сила искусства. Перед вами – четыре главных театральных события этого сезона, которые глубже всего запали мне в душу и заставили поверить в чудо.
«Сказка о Царе Салтане» (Томский ТЮЗ)
Режиссер: Сойжин Жамбалова
Если бы я решил написать письмо, я бы начал непременно так: «Здравствуй, отец…»
«Сказка о Царе Салтане» Сойжин Жамбаловой в Томском ТЮЗе начинается не с девиц под окном, как у Пушкина, а с появления Царевны Лебедь (Ольга Райх) и Гвидона (Роман Колбин). Их краткий диалог сменяется народной песней, звучащей то заунывно и печально, обособляя плач-вокализ, то напряженно и немного грозно, являя собой полифонию.
Царевна Лебедь и Гвидон присутствуют на сцене на протяжении практически всего действия. И это не случайно. Они наблюдают зарождение любви в паре Маши (Евгения Алексеева) и Салтана (Владимир Хворонов), родителей Гвидона. И это их безмолвное присутствие – как бы метафора формирования личности человека, которое начинается далеко до его рождения. Безусловно, человек – сам творец своего счастья. Однако если на его жизненной дороге встретится тот, кто поможет встать на новый путь, как, например, Царевна Лебедь, в этой постановке ставшая проводником-наставником для Гвидона, то и вся судьба может перевернуться с ног на голову.
Подтверждение идеи о том, что судьба человека не предрешена изначально, можно найти в костюмах участников ансамбля, являющегося связующим звеном в похождениях основных героев. Белоснежные оверсайз пиджаки – чистый лист судьбы, которая может измениться от определенного решения. Головные уборы – корабли. Не только отображают странствующих купцов, но и создают метафору полного штормов-преград существования человека в непредсказуемом океане жизни.
Счастливая весть Царицы (Евгения Алексеева) о рождении ребенка, перехваченная сестрицами во главе с властной бабой Бабарихой (Ольга Никитина), настигает Салтана в совершенно противоположном значении. Но ведь он мог переварить эту ситуацию, найти решение проблемы, если бы в его окружении «черти не водились». Виновными в преступлении против матери с сыном становятся завистливые сватья с дочерьми. Психологию Ткачихи (Ольга Ульяновская) с Поварихой (Катерина Костина) раскроют флешбэки в детство: видео-фрагменты с маленькими девочками на берегу реки. Меткие укусы комара-Гвидона заставят девиц вновь увидеть и испытать свою детскую недопонятость, недостаток внимания. Обида и зависть, закравшиеся в их души еще в раннем возрасте, никак не могут покинуть героинь во взрослой жизни.
В знак непричастности к проделкам сестер, слуги Салтана надевают черные очки и игнорируют мольбы Царицы о помиловании. Человечность и милосердие умирают в подчиненных, посодействовавших преступлению под воздействием власти. Слуг играют артисты ансамбля, создавая среду каждого происходящего в сказке события. Бочка-платформа качается в море, над ней ослепительно белая луна. Мать и сын исполняют пластический этюд под звуки меланхоличной скрипки-плача.
Выбравшись на берег, Царевич замечает на море ожесточенное противостояние. Плавная, светлая и нежная лебедь против черного, резкого, с элементами брейк-данса коршуна. Спасение Царевны Лебедь возвращается к Гвидону бумерангом благодарности. Любое желание князя (мексиканская «бэлочка», неоново-меченосное войско «витязей прекрасных», трансформация в насекомое) воплощает в жизнь могущественная девица.
Князь Гвидон, втайне пробираясь в замок к Салтану, выпытывает все новые чудеса. Он материализует их в своем государстве. Однако здесь возникает вопрос: «Почему князю так хочется найти эти диковинки?». Может, он просто пытается доказать отцу свою значимость? Сойжин Жамбалова обращает особое внимание на проблему отношений отцов и детей, выводя ее на первый план. Ради этого она отступает от оригинального текста, вводя монолог главного героя и ставя Гвидона буквально между обернувшимися к нему спинами матерью и отцом. Еще не потерявший связь со своим внутренним ребенком, князь задается вопросом: «Что такое хорошо, а что такое плохо?». Он как будто пытается получить ответы от отца, добиться хоть искры его внимания. Гвидон словно старается вверить зрителям идею о том, что ребенок не должен априори ненавидеть папу из-за того, что тот ушел от них когда-то. Именно поэтому поиск отца красной нитью тянется через полотно повествования. Поэтому режиссер так акцентирует внимание на душевном состоянии Гвидона, выводя дождь на задний план и накаляя атмосферу плачущей скрипкой, сочетающейся с прерывистыми дыханием.
Зло побеждено. Семья снова вместе. Под аккомпанемент заводной «Порушки-Парани» на фоне катающегося по тарелочке яблочка-солнышка все находят свою любовь, сливаясь в народном парном танце.
Режиссер: Сойжин Жамбалова
Если бы я решил написать письмо, я бы начал непременно так: «Здравствуй, отец…»
«Сказка о Царе Салтане» Сойжин Жамбаловой в Томском ТЮЗе начинается не с девиц под окном, как у Пушкина, а с появления Царевны Лебедь (Ольга Райх) и Гвидона (Роман Колбин). Их краткий диалог сменяется народной песней, звучащей то заунывно и печально, обособляя плач-вокализ, то напряженно и немного грозно, являя собой полифонию.
Царевна Лебедь и Гвидон присутствуют на сцене на протяжении практически всего действия. И это не случайно. Они наблюдают зарождение любви в паре Маши (Евгения Алексеева) и Салтана (Владимир Хворонов), родителей Гвидона. И это их безмолвное присутствие – как бы метафора формирования личности человека, которое начинается далеко до его рождения. Безусловно, человек – сам творец своего счастья. Однако если на его жизненной дороге встретится тот, кто поможет встать на новый путь, как, например, Царевна Лебедь, в этой постановке ставшая проводником-наставником для Гвидона, то и вся судьба может перевернуться с ног на голову.
Подтверждение идеи о том, что судьба человека не предрешена изначально, можно найти в костюмах участников ансамбля, являющегося связующим звеном в похождениях основных героев. Белоснежные оверсайз пиджаки – чистый лист судьбы, которая может измениться от определенного решения. Головные уборы – корабли. Не только отображают странствующих купцов, но и создают метафору полного штормов-преград существования человека в непредсказуемом океане жизни.
Счастливая весть Царицы (Евгения Алексеева) о рождении ребенка, перехваченная сестрицами во главе с властной бабой Бабарихой (Ольга Никитина), настигает Салтана в совершенно противоположном значении. Но ведь он мог переварить эту ситуацию, найти решение проблемы, если бы в его окружении «черти не водились». Виновными в преступлении против матери с сыном становятся завистливые сватья с дочерьми. Психологию Ткачихи (Ольга Ульяновская) с Поварихой (Катерина Костина) раскроют флешбэки в детство: видео-фрагменты с маленькими девочками на берегу реки. Меткие укусы комара-Гвидона заставят девиц вновь увидеть и испытать свою детскую недопонятость, недостаток внимания. Обида и зависть, закравшиеся в их души еще в раннем возрасте, никак не могут покинуть героинь во взрослой жизни.
В знак непричастности к проделкам сестер, слуги Салтана надевают черные очки и игнорируют мольбы Царицы о помиловании. Человечность и милосердие умирают в подчиненных, посодействовавших преступлению под воздействием власти. Слуг играют артисты ансамбля, создавая среду каждого происходящего в сказке события. Бочка-платформа качается в море, над ней ослепительно белая луна. Мать и сын исполняют пластический этюд под звуки меланхоличной скрипки-плача.
Выбравшись на берег, Царевич замечает на море ожесточенное противостояние. Плавная, светлая и нежная лебедь против черного, резкого, с элементами брейк-данса коршуна. Спасение Царевны Лебедь возвращается к Гвидону бумерангом благодарности. Любое желание князя (мексиканская «бэлочка», неоново-меченосное войско «витязей прекрасных», трансформация в насекомое) воплощает в жизнь могущественная девица.
Князь Гвидон, втайне пробираясь в замок к Салтану, выпытывает все новые чудеса. Он материализует их в своем государстве. Однако здесь возникает вопрос: «Почему князю так хочется найти эти диковинки?». Может, он просто пытается доказать отцу свою значимость? Сойжин Жамбалова обращает особое внимание на проблему отношений отцов и детей, выводя ее на первый план. Ради этого она отступает от оригинального текста, вводя монолог главного героя и ставя Гвидона буквально между обернувшимися к нему спинами матерью и отцом. Еще не потерявший связь со своим внутренним ребенком, князь задается вопросом: «Что такое хорошо, а что такое плохо?». Он как будто пытается получить ответы от отца, добиться хоть искры его внимания. Гвидон словно старается вверить зрителям идею о том, что ребенок не должен априори ненавидеть папу из-за того, что тот ушел от них когда-то. Именно поэтому поиск отца красной нитью тянется через полотно повествования. Поэтому режиссер так акцентирует внимание на душевном состоянии Гвидона, выводя дождь на задний план и накаляя атмосферу плачущей скрипкой, сочетающейся с прерывистыми дыханием.
Зло побеждено. Семья снова вместе. Под аккомпанемент заводной «Порушки-Парани» на фоне катающегося по тарелочке яблочка-солнышка все находят свою любовь, сливаясь в народном парном танце.
«Щелкунчик» (Томский областной театр драмы)
Режиссер: Анна Морозова
Сказку, которую многие привыкли видеть только в форме балета, поставили в Томском областном театре драмы. «Щелкунчик» – предновогоднее чудо, вдохновляющая социальная история от московского режиссера Анны Морозовой. Годом ранее она подарила томичам «Волшебника Изумрудного города». Примечательно, что в обоих спектаклях ключевой становится тема отвергнутости героини обществом из-за её непохожести на других.
В «Щелкунчике» Мари (Аделина Бухвалова) делают полной и нелепой. Сверстники издеваются над ней, смеются над её мечтой стать балериной. Даже в семье девочка не может почувствовать себя красивой и нужной: сестра превосходит её по внешним данным, а мама (Олеся Казанцева) сама одета в ослепительное бордовое вечернее платье и бархатные оперные перчатки. Определенно, именно семья сеет в героине зерно неуверенности в себе. Однако только Мари, даже несмотря на её внешний недостаток, хочется сочувствовать. Она умеет искренне радоваться мелочам, ценить заботу и внимание и излучать душевный свет.
Дядюшка Дроссельмейер (Юрий Щадрин), пугающий всех детей своими крупными зубами, странной прической и черной тростью с набалдашником в виде крысиной головы, преподносит своей крестнице смешной и бесполезный, на первый взгляд, подарок. Но могущество деревянной игрушки оказывается огромным.
Засыпая, Мари оказывается внутри праздничной елки. Ей предстоит помочь Щелкунчику собрать армию и защититься от Мышиного короля. Продвигаясь вверх на волшебном лифте, герои сталкиваются с разными опасностями. Необходимость перемен больше относится к Щелкунчику, чьи поступки и слова поначалу вызывают отвращение. Но все же Щелкунчик – это часть души Мари, её проводник в волшебном царстве. Изменив что-то в нем, девочка сама станет лучше.
Мне кажется очень важным провести некоторые параллели с «Божественной комедией» Данте Алигьери. Уровни ели – как круги Ада в данном случае. Герои преодолевают испытания, побеждая грехи в себе. Особенно ярко это видно на примере эпизода со снежинками, которые олицетворяют вечное следование модным тенденциям, стремление к идеальности, но, вследствие, потерю индивидуальности, безликость, душевную деградацию. Озлобленность демонстрируют старые украшения во главе с куклой (Олесей Казанцевой), которые негодуют на то, что их бывшая красота так скоро потеряла важность, и пытаются мстить, уродуя новые игрушки. Поистине страшной выглядит сцена издевательств над Мари.
Главным антагонистом истории является Мышиный король (Константин Калашников). Три головы с горящими красными глазами – костюм, придуманный Сашей Алексеевой, внушает ужас. Однако внутри герой оказывается робким, стеснительным, сомневающимся. Он совершает злодейства под влиянием голоса своей матери, погибшей, но оставшейся жить в его сознании. В финале он взрослеет и становится самостоятельным.
В спектакле есть очень трогательная героиня – Гирлянда (Ирина Шишлянникова), на протяжении многих лет освещавшая елочный шар. Постарев и начав затухать, она поняла, что «всю жизнь любила пустышку», это её блеск заставлял сверкать возлюбленного. Всегда важно находить такого человека, который будет не только «питаться» твоей энергией, но и делиться своей. В конце спектакля Мари находит такого человека в Щелкунчике. «Уродливая» игрушка превращается в прекрасного принца, который предпочитает некрасивую, но невероятно чудесную душой девочку. Мари поет вдохновляющую добрую песню о мечте.
Музыкальное оформление играет важную роль: песни помогают понять душевное состояние героини. Примечательно, что композитором выступает сам режиссер спектакля. Нельзя не отметить световое оформление (Павел Бабин) и сценографию (Саша Алексеева): лучи света становятся действующими героями в эпизодах битв. Иммерсивности спектаклю придает огромная сова с горящими глазами, которая пролетает между зрительскими рядами. Ожившая сказка вторгается в наш реальный мир со сцены, позволяя поверить в чудо.
Режиссер: Анна Морозова
Сказку, которую многие привыкли видеть только в форме балета, поставили в Томском областном театре драмы. «Щелкунчик» – предновогоднее чудо, вдохновляющая социальная история от московского режиссера Анны Морозовой. Годом ранее она подарила томичам «Волшебника Изумрудного города». Примечательно, что в обоих спектаклях ключевой становится тема отвергнутости героини обществом из-за её непохожести на других.
В «Щелкунчике» Мари (Аделина Бухвалова) делают полной и нелепой. Сверстники издеваются над ней, смеются над её мечтой стать балериной. Даже в семье девочка не может почувствовать себя красивой и нужной: сестра превосходит её по внешним данным, а мама (Олеся Казанцева) сама одета в ослепительное бордовое вечернее платье и бархатные оперные перчатки. Определенно, именно семья сеет в героине зерно неуверенности в себе. Однако только Мари, даже несмотря на её внешний недостаток, хочется сочувствовать. Она умеет искренне радоваться мелочам, ценить заботу и внимание и излучать душевный свет.
Дядюшка Дроссельмейер (Юрий Щадрин), пугающий всех детей своими крупными зубами, странной прической и черной тростью с набалдашником в виде крысиной головы, преподносит своей крестнице смешной и бесполезный, на первый взгляд, подарок. Но могущество деревянной игрушки оказывается огромным.
Засыпая, Мари оказывается внутри праздничной елки. Ей предстоит помочь Щелкунчику собрать армию и защититься от Мышиного короля. Продвигаясь вверх на волшебном лифте, герои сталкиваются с разными опасностями. Необходимость перемен больше относится к Щелкунчику, чьи поступки и слова поначалу вызывают отвращение. Но все же Щелкунчик – это часть души Мари, её проводник в волшебном царстве. Изменив что-то в нем, девочка сама станет лучше.
Мне кажется очень важным провести некоторые параллели с «Божественной комедией» Данте Алигьери. Уровни ели – как круги Ада в данном случае. Герои преодолевают испытания, побеждая грехи в себе. Особенно ярко это видно на примере эпизода со снежинками, которые олицетворяют вечное следование модным тенденциям, стремление к идеальности, но, вследствие, потерю индивидуальности, безликость, душевную деградацию. Озлобленность демонстрируют старые украшения во главе с куклой (Олесей Казанцевой), которые негодуют на то, что их бывшая красота так скоро потеряла важность, и пытаются мстить, уродуя новые игрушки. Поистине страшной выглядит сцена издевательств над Мари.
Главным антагонистом истории является Мышиный король (Константин Калашников). Три головы с горящими красными глазами – костюм, придуманный Сашей Алексеевой, внушает ужас. Однако внутри герой оказывается робким, стеснительным, сомневающимся. Он совершает злодейства под влиянием голоса своей матери, погибшей, но оставшейся жить в его сознании. В финале он взрослеет и становится самостоятельным.
В спектакле есть очень трогательная героиня – Гирлянда (Ирина Шишлянникова), на протяжении многих лет освещавшая елочный шар. Постарев и начав затухать, она поняла, что «всю жизнь любила пустышку», это её блеск заставлял сверкать возлюбленного. Всегда важно находить такого человека, который будет не только «питаться» твоей энергией, но и делиться своей. В конце спектакля Мари находит такого человека в Щелкунчике. «Уродливая» игрушка превращается в прекрасного принца, который предпочитает некрасивую, но невероятно чудесную душой девочку. Мари поет вдохновляющую добрую песню о мечте.
Музыкальное оформление играет важную роль: песни помогают понять душевное состояние героини. Примечательно, что композитором выступает сам режиссер спектакля. Нельзя не отметить световое оформление (Павел Бабин) и сценографию (Саша Алексеева): лучи света становятся действующими героями в эпизодах битв. Иммерсивности спектаклю придает огромная сова с горящими глазами, которая пролетает между зрительскими рядами. Ожившая сказка вторгается в наш реальный мир со сцены, позволяя поверить в чудо.
«Ленинградская симфония» (Томский областной театр драмы)
Режиссер: Олег Молитвин
ОТЧАЯНЬЮ — НЕТ. СТРАХУ — НЕТ. СМЕРТИ — НЕТ.
Война. Может ли она сломить человеческий дух? Может отнять надежду на лучшее? – Определенно может, но совсем не обязательно. Всё изменить могут люди, которые, несмотря на голод, обстрелы, потерю близких, будут готовы выходить из своих убежищ и играть музыку. Вдохновляющую, заставляющую забыть всё плохое, смелую, как гром победы.
Об этом спектакль «Ленинградская симфония» Томского областного театра драмы, поставленный Олегом Молитвиным осенью 2025 года. Наряду с актерами принимают участие музыканты оркестра Томской государственной филармонии во главе с дирижером Владимиром Дороховым.
Кстати, о дирижере: эту роль в «Ленинградской симфонии» виртуозно исполняет Антон Антонов. Спектакль построен таким образом, что герои и музыканты дублируют друг друга: актер говорит голосом своего инструмента и наоборот. Удивительно, как точно подобраны актеры, как похожи они со своими инструментами. Самым трогательным для меня стала флейта-пикколо в исполнении Аделины Бухваловой. Её монолог открывает повествование. Как, все-таки, жестока война: она может заставить хрупкий и слабый голосочек звучать сурово и твердо. Также с ней связана очень красивая, но в то же время невероятно печальная история любви: любви жертвенной, самоотверженной и огромной.
Говоря об этом прекрасном чувстве, невозможно не рассказать об еще одной героине — «Случайной старухе» в исполнении Ирины Шишлянниковой. Хоть и называется её персонаж грубовато, как мне кажется, она является лучом света и бескорыстия в темное время. Случайно оказавшись в оркестре, женщина помогает случиться любви, открывает людям несколько жизнеутверждающих истин и вселяет в них искренность и доверие.
Каждый герой этой истории по-своему уникален, недаром мы видим зарисовки из жизни всех этих людей. Но все они собираются вместе ради одной великой цели – подарить миру мир. Концерт, состоявшийся несмотря на смерти музыкантов и на бои, ведущиеся вблизи, открыл людям второе дыхание, вселил надежду. Исполненная 7-я симфония Д. Шостаковича провозгласила День Победы среди войны.
Режиссер: Олег Молитвин
ОТЧАЯНЬЮ — НЕТ. СТРАХУ — НЕТ. СМЕРТИ — НЕТ.
Война. Может ли она сломить человеческий дух? Может отнять надежду на лучшее? – Определенно может, но совсем не обязательно. Всё изменить могут люди, которые, несмотря на голод, обстрелы, потерю близких, будут готовы выходить из своих убежищ и играть музыку. Вдохновляющую, заставляющую забыть всё плохое, смелую, как гром победы.
Об этом спектакль «Ленинградская симфония» Томского областного театра драмы, поставленный Олегом Молитвиным осенью 2025 года. Наряду с актерами принимают участие музыканты оркестра Томской государственной филармонии во главе с дирижером Владимиром Дороховым.
Кстати, о дирижере: эту роль в «Ленинградской симфонии» виртуозно исполняет Антон Антонов. Спектакль построен таким образом, что герои и музыканты дублируют друг друга: актер говорит голосом своего инструмента и наоборот. Удивительно, как точно подобраны актеры, как похожи они со своими инструментами. Самым трогательным для меня стала флейта-пикколо в исполнении Аделины Бухваловой. Её монолог открывает повествование. Как, все-таки, жестока война: она может заставить хрупкий и слабый голосочек звучать сурово и твердо. Также с ней связана очень красивая, но в то же время невероятно печальная история любви: любви жертвенной, самоотверженной и огромной.
Говоря об этом прекрасном чувстве, невозможно не рассказать об еще одной героине — «Случайной старухе» в исполнении Ирины Шишлянниковой. Хоть и называется её персонаж грубовато, как мне кажется, она является лучом света и бескорыстия в темное время. Случайно оказавшись в оркестре, женщина помогает случиться любви, открывает людям несколько жизнеутверждающих истин и вселяет в них искренность и доверие.
Каждый герой этой истории по-своему уникален, недаром мы видим зарисовки из жизни всех этих людей. Но все они собираются вместе ради одной великой цели – подарить миру мир. Концерт, состоявшийся несмотря на смерти музыкантов и на бои, ведущиеся вблизи, открыл людям второе дыхание, вселил надежду. Исполненная 7-я симфония Д. Шостаковича провозгласила День Победы среди войны.
«Лето Господне» (РАМТ, Москва) - Гастроли
Режиссер: Марина Брусникина
Энциклопедия жизни русской… Ушедшей в небытие или оставившей отголоски свои в мире реальном?
Томичи получили возможность прикоснуться к воспоминаниям своего детства и поиграть на струнах своей души в Томском театре драмы. Всё это благодаря «Большим гастролям» РАМТ, который привез в наш город полномасштабную постановку, недавнюю премьеру Марины Брусникиной «Лето Господне» по одноименному роману И. С. Шмелева.
Своеобразная лиричная панихида по Руси ушедшей, той, которую мы не вернем уже никогда.
Автобиографичная история жизни, увиденная глазами господского мальчика Вани (Александр Девятьяров, Максимилиан Кутузов), со всеми её радостями-праздниками и печалями-скорбями. И неслучайно в исполнителях главной роли указаны два актера, а спектакль идет в двух кардинально отличающихся настроением актах. «Лето Господне» – это первое впечатление и осознание. Сперва – глазами маленького, невинного и беззаботно счастливого, а после – немного скептичного, умудренного и израненного жизнью Ивана Шмелева.
И так приятно было среди всей нашей обыденной гонки, постоянной спешки окунуться в этот укутывающий, как тяжелое шерстяное одеяло, и убаюкивающий, как нежная, меланхоличная колыбельная, мир. Мир светлой ностальгии с традиционными народными песнями, в которых сильные и вольные голоса-ручейки сливаются в раздольную реку. Мир, в котором ведутся душевные разговоры о чем-то приятном, например, о различных кушаньях (когда начинались перечисления блюд на трапезах, добрая часть зала сглатывала слюну). Мир, где в сложной ситуации ты сможешь найти поддержку даже у малознакомых людей. И, наконец, мир, где Лето Господне никогда не закончится.
Екатерина Бирюкова
Режиссер: Марина Брусникина
Энциклопедия жизни русской… Ушедшей в небытие или оставившей отголоски свои в мире реальном?
Томичи получили возможность прикоснуться к воспоминаниям своего детства и поиграть на струнах своей души в Томском театре драмы. Всё это благодаря «Большим гастролям» РАМТ, который привез в наш город полномасштабную постановку, недавнюю премьеру Марины Брусникиной «Лето Господне» по одноименному роману И. С. Шмелева.
Своеобразная лиричная панихида по Руси ушедшей, той, которую мы не вернем уже никогда.
Автобиографичная история жизни, увиденная глазами господского мальчика Вани (Александр Девятьяров, Максимилиан Кутузов), со всеми её радостями-праздниками и печалями-скорбями. И неслучайно в исполнителях главной роли указаны два актера, а спектакль идет в двух кардинально отличающихся настроением актах. «Лето Господне» – это первое впечатление и осознание. Сперва – глазами маленького, невинного и беззаботно счастливого, а после – немного скептичного, умудренного и израненного жизнью Ивана Шмелева.
И так приятно было среди всей нашей обыденной гонки, постоянной спешки окунуться в этот укутывающий, как тяжелое шерстяное одеяло, и убаюкивающий, как нежная, меланхоличная колыбельная, мир. Мир светлой ностальгии с традиционными народными песнями, в которых сильные и вольные голоса-ручейки сливаются в раздольную реку. Мир, в котором ведутся душевные разговоры о чем-то приятном, например, о различных кушаньях (когда начинались перечисления блюд на трапезах, добрая часть зала сглатывала слюну). Мир, где в сложной ситуации ты сможешь найти поддержку даже у малознакомых людей. И, наконец, мир, где Лето Господне никогда не закончится.
Екатерина Бирюкова