НЕДОРОСЛЬ

Все как для взрослых?

Елена Обыденнова

18 сентября по инициативе Ассоциации музыкальных театров и при деятельном участии АНО «Русские сезоны» в Детском музыкальном театре имени Н. Сац случился разговор о том, что и как ставить для детей на больших сценах.  Круглый стол стал даже не зеркалом – увеличительным стеклом, в котором многие диагнозы детского репертуара музыкальных театров стали очевидными. Никто из участников разговора, кажется, и не надеялся на волшебное обретение универсальных рецептов, но, как известно, первый шаг к выздоровлению – признание самого факта болезни.

Попытаемся проанализировать, что же предлагают своим маленьким зрителям музыкальные театры России, обратившись к статистике. Не претендуя на абсолютную полноту и точность «обследования», надеемся все же выявить значимые для общей картины тенденции.

В афишах 47 театров удалось насчитать 461 спектакль для детей. Оперные дома столиц и региональных центров, коих в нашем обзоре оказалось 18, представляют 133 постановки, их коллеги легких жанров (общим числом 22) – 211 спектаклей, а 7 специализированных детских театров (среди которых 4 московских, 2 петербургских и 1 частный театр из Екатеринбурга) предлагают 117 представлений.

Разделение театров на виды диктует разницу в подходах формирования детского сегмента в афишах. Разумеется, ситуация в таких театрах, как Академический детский музыкальный театр им. Н. Сац и Театр под руководством Геннадия Чихачева в Москве или театры «Зазеркалье» и  «Карамболь» в Санкт-Петербурге, иная: спектакли для детей и подростков – их хлеб насущный.

Во взрослых театрах прокат утренников исключительно в выходные и каникулярные дни не требует большой афиши, ротация происходит гораздо медленнее, да и бюджет на эти постановки, как правило, формируется по остаточному принципу.  Тем не менее, во многих театрах (например, в Саратовском театре оперетты, Северском, Крымском, Калининградском или Новосибирском музыкальных театрах) названия для детей занимают значительную часть афиши (10 и более спектаклей).

Попытка классификации музыкального материала показательна. Театры оперы и балета, несмотря на статус, не спешат (или не рискуют?) говорить с детьми на серьезном музыкальном языке – из 133 постановок лишь 28 имеют в титуле имена таких композиторов как Моцарт, Кюи, Чайковский, Равель, Бриттен, Щедрин, Хачатурян, Прокофьев. Основа детского репертуара здесь, как и в музыкальных театрах иных видов,  −  проверенное временем творчество советских авторов, в ряду которых Виктор Лебедев, Борис Савельев, Сергей Баневич, Геннадий Гладков, Виктор Плешак, Еврем Подгайц, Марк Самойлов, Максим Дунаевский, Александр Кулыгин…


Широко используется музыка, ставшая популярной, благодаря прекрасным мультфильмам и детским фильмам советского же периода. Попыток использовать музыкальную классику или просто более серьезный музыкальный язык в театрах «легких жанров» совсем немного – из общего числа постановок всего 6 спектаклей.  Зато и присутствие современных композиторов, пишущих сегодня и сейчас, выше – 110 постановок, то есть более половины общего количества.

Среди композиторов с большим отрывом не только от современников, но и от классиков, лидирует Егор Шашин – в театрах России идут 32 спектакля с его музыкой, особенно плодотворно с автором сотрудничают в Оренбурге, Волгограде, Саратове, Северске, Иркутске и Калининграде. Группу советских классиков возглавляет Максим Дунаевский – результат в 14 постановок стабильно обеспечивают названия из золотого фонда: «Мэри Поппинс» и «Летучий корабль».  Того же порядка «Золушка» с музыкой Антонио Спадавеккиа – 11 постановок, и «Бременские музыканты» Геннадия Гладкова − представлены в 9 театрах.

В афишах музтеатров разных городов также присутствуют по 9 разных произведений Александра Кулыгина и Сергея Баневича, 8 – Ефима Подгайца. «Золотой цыпленок» с музыкой Владимира Улановского и «Кот Леопольд» Бориса Савельева гордо шествуют по стране, как и 30 лет назад (8 и 7 постановок – соответственно). Владимир Баскин, творчество которого принадлежит постсоветскому периоду, на сегодняшний день представлен несколькими успешными названиями, идущими в 10 театрах. Композитор Ирина Брондз активно пишет для своего театра «Карамболь», которым руководит практически со дня основания (8 названий), в то время как 4 произведения молодого автора Анастасии Беспаловой поставлены в театре «Зазеркалье». История «своих авторов» в отношении детского репертуара – еще одна объективная тенденция, подтверждением которой – приверженность, например, Новоуральского театра музыки, драмы и комедии творчеству Нэйла Прокина, а Красноярского музыкального – творчеству земляка Юрия Коротких.

Знакомство с афишами подавляющего большинства музыкальных театров не дает возможности узнать имена авторов либретто/пьес/инсценировок – драматурги остаются в тени композиторов, авторство (читай – качество) литературного материала, как правило, интересует постановщиков гораздо меньше, чем музыка и брендовость названия. И это – еще одна тенденция.

Если попытаться классифицировать, то музыкальные спектакли для детей в России держатся на трех китах: это сюжеты (или модификации) известных сказок (народных, братьев Гримм, Андерсена, Гофмана, Пушкина и т.д.), советские мультфильмы и популярная детская литература, в основном, того же периода. Хэдлайнеры детского репертуара, как и в 20 веке – Золушка, Снежная королева, Белоснежка, Мэри Поппинс, Волшебник Изумрудного города, Маугли, Карлсон, Бременские музыканты, пираты с Острова сокровищ. На этом фоне выпукло проступают единичные попытки уйти с проторенных дорог: «Ночь открытых дверей» (композитор Евгений Кармазин, драматург Константин Рубинский) по «Рождественской песне» Диккенса в Свердловском театре музыкальной комедии, «Черная курица» (композитор Роман Львович, либретто Ирины Лычагиной и Игоря Цунского) по мотивам повести Антония Погорельского в Карельском музыкальном театре, «Повелитель мух» (композитор Ефрем Подгайц, либретто Льва Яковлева) по роману Уильяма Голдинга в Театре им. Н. Сац, «Белый клык» (композитор Анастасия Беспалова, либретто Льва Яковлева) по повести  Джека Лондона в театре «Зазеркалье». Список этот может быть расширен, но – увы! – ненамного.  

За границами нашего краткого «обследования» (но не за границами внимания!) осталось множество актуальных вещей: ориентация детских спектаклей на возрастные категории, форматы постановок (постоянный репертуар, новогоднее представление, семейный спектакль с вечерним прокатом), участие живого оркестра и исполнение под инструментальную фонограмму, жанровые признаки и пр. Видится, что все эти изыскания обогатили бы картину подробностями, но не изменили основного диагноза: детский репертуар на больших музыкальных сценах страны нуждается в серьезной ревизии. Антагонизм театров и авторов, с упорством обвиняющих друг друга, с одной стороны, в отсутствии качественного материала, с другой − в нежелании рисковать с новыми произведениями, − противоречие диалектическое. А, значит, преодолимое. И решить его можно, признав за детским музыкальным спектаклем право быть фактом искусства.

Во второй части сентябрьского круглого стола разговор от проблем репертуара сместился в сторону постановочной практики – и в диалог вступили коллеги из драматических жанров, имеющих сегодня гораздо более убедительный и успешный опыт детского театра. Признание режиссера Рузанны Мовсесян, автора прекрасных спектаклей «Кролик Эдвард» и «Манюня» в РАМТе, в том, что она понятия не имеет, что такое «детский спектакль», удивило только в первый момент. Потом подумалось: это ли не чудо-средство − не придумывать какие-то особые «детские спектакли», а сочинять (писать/ставить) просто спектакли. Интересные для нас самих. Увлекательные для зрителей любого возраста. Умные, добрые, страшные, смешные, грустные, веселые и талантливые.  Все как для взрослых. Только лучше.