НЕДОРОСЛЬ

Плоды просвещения (не по Толстому ни разу!)

Мы на «Недоросле» решили дать голос тем, для кого существует театр для детей и подростков, – собственно, детям и подросткам. Мы подумали, что тем, кто работает в театре для детей, будет занятно услышать, что же сами дети думают об их постановках. Хотя, конечно, это не просто дети, а дети из «Класс-Центра» Сергея Казарновского. Дети, с которыми с первого класса в театр ходят театральные педагоги Вера Бахчиева и Елена Тюханова. Дети, которые порой видят больше спектаклей, чем заядлые театралы. И все же это просто дети.  Для которых, собственно, мы все и пытаемся создавать театр – «такой же, как для взрослых, только лучше».


Вера Бахчиева

На прошлой неделе я получила рецензию своей ученицы на спектакль «Митина любовь» в «Гоголь-центре». Прочитала и …расплакалась. Расплакалась от счастья, потому что стало вдруг понятно, что все, что я делала столько лет, не напрасно. Это как радость огородника, который посадил семечку, а через три месяца выросла огромная рыжая тыква-красавица. Так и я. Только мне ждать пришлось одиннадцать лет. Ровно столько я учу этого ребенка. Постепенно, маленькими шажками – от кратких устных текстов до больших авторских рецензий. Она вряд ли станет театроведом, но она уже сформировавшийся театральный зритель. И это – мой личный педагогический урожай!

Мне очень повезло в жизни, я в школе занимаюсь тем, что мне нравится – хожу в театр и говорю о нем, а еще учу писать о театре детей. При выборе спектакля для начала всегда советуюсь с матерым театральным критиком Алексеем Гончаренко, читаю статьи, рецензии, знакомлюсь с режиссерами, которые приглашают на просмотры своих спектаклей, зная, что я – та, кто приведет много зрителей. Конечно, спектакли я выбираю к просмотру не одна, а с коллегой.

В «Класс-Центре» Сергея Казарновского давным-давно Елена Тюханова и Александра Никитина придумали программу «История про театр». Основная задача программы – воспитание вдумчивого театрального зрителя. Один раз в неделю мы встречаемся на уроках с учениками с первого по одиннадцатый класс и готовимся к просмотру спектакля, изучаем страницы истории театра, обсуждаем просмотренные спектакли и написанные детьми рецензии. Один раз в месяц мы обязательно ходим в театр.

Перед вами очень маленькая часть детских рецензий. Работы здесь не только моих учеников, но и педагога – автора программы Елены Тюхановой. Для нас важно, чтобы дети смогли описать спектакль, свои эмоции, попробовать посмотреть на увиденное непредвзято, независимо от мнения педагогов, постепенно вырабатывая театральный вкус и приобретая потребность ходить в театр.

На самом деле есть много разных планов и объяснений, как правильно писать рецензии на спектакль. Мы тоже их даем ученикам, но постоянно говорим, что умение выходить за рамки плана – приветствуется. Более того, нам совсем неинтересно, как зритель добирался до театра и что ел в буфете.

Господа режиссеры! Мы с учениками – ваши самые требовательные зрители. Мы пытаемся разгадать режиссерский замысел, определить идею художественного оформления спектакля, постичь секреты актерской игры. Мы те, кто влюблены в театр с самого детства, по-честному!

P.S. А это – моя личная победа «огородника», плод просвещения – рецензия ученицы 11 класса на спектакль «Митина любовь» «Гоголь-центра».

«Митина любовь»

Режиссер В.Наставшев «Гоголь-центр» ( г. Москва)

Я всегда думала о том, что такое театр. Подлинный, настоящий, живой, воздействующий, будоражащий театр. Думала, какое дать ему определение, как его понять, воспринять, принять? Я видела много хорошего, трогающего, и того, что надолго остаётся в душе. Я восхищалась этим: помню то состояние - состояние счастья и облегчения, смешанное с тяжелой ношей на сердце и желанием выбежать, выкрикнуть, выговорить и, наконец, забыть, заснуть, оставить увиденное где-то глубоко и никому не рассказывать.    Спектакль Владислава Наставшева «Митина любовь» в «Гоголь-центре» точно не об этом состоянии. Ни разу. Для меня он - гораздо большее. От начала и до конца я видела себя. Каждый диалог, движение я вспоминала, вылавливала из своей памяти. Я не знаю, как объяснить это ощущение: не читая Бунина, я понимала, что будет дальше. Впервые я была причастна, вовлечена в действо. Мне не было неловко или неудобно, я не казалась себе лишней, но была на сцене, вместе с ними, чувствовала с ними, смотрела, дышала, мне было страшно соскользнуть с палок, на которых играли актёры, я не хотела падать вниз, боялась оказаться на земле. Я не понимала только одного: чьё я отражение - Мити или Кати. Кем я была?

Выйдя из зала, я не могла собрать мысли в голове. Впервые мне было нечего сказать. А о чем говорить? Наверное, я всегда ждала такого спектакля, который бы заставил меня рефлексировать, копаться в себе, анализировать то, что происходит у меня, а не то, что происходит на сцене. Та связь, что образовалась между мной и актерами, может, это и есть тот настоящий театр. Не знаю.

Только сейчас я могу сухо и чётко рассуждать о спектакле. Об игре Филиппа Авдеева, который покорил меня своей естественностью, искренностью, неловкостью, неопытностью, и Александры Ревенко, сотворившей какое-то чудо, перевоплощаясь то в легкодышащую Катю, то в грубого деревенского мужика. Постоянные смены амплуа воплощают режиссерскую задумку. Сама идея – «болен любовью, от чего едет крыша, и поэтому во всём вижу её» - столь же проста, сколь гениальна. Сценография, являющаяся метафорой того, как любовь воздействует на человека: то ли окрыляет, то ли приковывает, то ли становится преградой, то ли становится опорой, непонятно, легко ли это или трудно, и нужно ли? Так бы ходил по земле. Как хорошо. И не думай больше ни о чём. Как я не хотела дифференцировать спектакль на элементы, смотреть на режиссерские решения, игру актеров в отдельности, всё-таки делаю это. В тот вечер, когда я увидела спектакль, я приняла его только лишь как целое, и воздействовал он на меня только как нечто неделимое.

Мне врезалась в голову фраза: «Душа, тело... ничего этого нет. Есть что-то другое». Я думала это о том, за что мы любим человека. Но у Бунина так: «А любовь, страсть, душа, тело? Это что такое? Ничего этого нет — есть что-то другое, совсем другое!» Тогда я подумала, что это о том, что нам после даётся. Вследствие платонической и чувственной любви, страсти что-то нам даётся. Особое состояние, которое я не могу описать.

То, что дала мне «Митина любовь» можно описать как обретение нового понимания театра и попытку осознания своих поступков. Театр как связь, отклик, толчок, присутствие. Я наговорила много личного. Хотя, мне кажется, что театр как раз об этом - о личном. И если мы не находим в нём себя, то тогда зачем мы в него ходим?

Жанна Гульдина, 11 класс

 

"Два веронца", РАМТ

"Влюбленный Шекспир", театр имени А.С.Пушкина

 "Я хочу в школу", РАМТ

"Синяя синяя птица", театр Наций

"Мечь самурая", "Театриум на Серпуховке"

"Вафельное сердце", ТО9

"Ежик и медвежонок" в театре "Практика"

"Сказка с закрытыми глазами" Ежик в тумане", Московский театр кукол

"И дольше века длится день...", творческое объединение "Таратумб"

"Осторожно, эльфы!", театр Наций

"Снегурочка", Новое пространство театра Наций

"Старосветские помещики" в Центре драматургии и режиссуры