НЕДОРОСЛЬ

Нина Монова: "Полет окрыленных"

O IX Международном фестивале театров кукол имени С.В.Образцова

фото Вадима Шульца

Вряд ли можно усомниться в том, что афиша любого фестиваля подобна фотографии, где отображается панорама приглашенных спектаклей и возникает некий сегодняшний портрет театра. Среди множества театральных фестивалей в отдельную группу собираются посвященные знаменитым писателям, поэтам, композиторам, балетмейстерам: Чеховский, Волковский, Платоновский…

Возникнув семнадцать лет назад, в год столетнего юбилея великого кукольника, Образцовский фестиваль проходит в девятый раз. В честь Года культуры в странах Содружества Независимых Государств фестивальная афиша представляет кукольные постановки Азербайджана и Армении, Беларуси и Молдовы, Киргизии и Узбекистана, Казахстана и России. Как гости выступят кукольники из Гранады, Таллина, Донецка и Луганска.

С одной стороны, фестивальный отбор диктовался географическим принципом – необходимо было представить кукольные спектакли стран СНГ. С другой стороны, хотелось показать работы, интересные для зрителей. Ведь кукла – это особенный предмет, воплощающий дух народа. По словам ученого Георгия Гачева, «описать национальное – это выявить уникальное», поэтому в кукольных спектаклях потрясающе раскрываются белорусский и узбекский, азербайджанский и армянский, молдавский и киргизский образы мира, преломленные сквозь призму искусства.

И одна из задач Образцовского фестиваля – подарить зрителям возможность увидеть вместе и сразу самые разнообразные спектакли и по типу кукол, и по жанрам. Почувствовать интонацию других стран и народов. Узнать, как знаменитый эстонский режиссер Рейн Агур ставит «Сказку о рыбаке и рыбке» Александра Пушкина на эстонском, русском и английском языках. Восхититься невероятными придумками армянских кукольников, рассказывающих сказку с помощью рук, преображенных фантазией художника в куклы. Сопереживать слепому герою азербайджанского спектакля-притчи о светлом и одновременно мрачном мире, окружающем нас. И любоваться работой художника из Санкт-Петербурга Татьяны Мельниковой, создавшей персонажей этой грустной восточной притчи.

В «Волшебной лампе Аладдина» Донецкого республиканского академического театра кукол ощутить, что сказка из «Тысячи и одной ночи» заискрилась жизнелюбием и яркостью украинского характера, а монологи Джинна о вкусностях и сладостях к свадьбе восходят к гоголевским описаниям кушаний и яств. Побывав на «Пете и волке» Сергея Прокофьева, понять, насколько глубок может быть диалог кукол и классической музыки, написанной для детей и вдохновившей гранадца Энрике Ланса.

Изучая афишу фестиваля, замечаешь, что среди выбранных спектаклей возникает перекличка разных тем. Как непохожи Пятрок, герой белорусского спектакля «Синяя-синяя», из последних сил пытающийся сохранить собственное «я» среди палящей пустыни, и манкурт, убивающий собственную мать в киргизской «Легенде о птице Доненбай».

Сама тема полетов окрыленных и падения бескрылых проходит через большинство спектаклей Девятого Образцовского и раскрывается так разнообразно! Сказка про раненого Аистенка и улетная сказка про самый маленький самолетик, разыгранная Могилевским театром кукол. Гродненская «Чайка. Чеховъ» и брестский «Мой папа – птиц» про летунов, вопреки законам земного тяготения. Ереванский «Крылатый» о бескрылом ангеле Маркеса. Трагический полет Дон Кихота на крыльях мельницы. В свете луны роковой полет Турандот, что «из тени в свет перелетая», испытывает влюбленного Калафа загадкой про бабочку… Для «Турандот» режиссер Борис Константинов придумывает маленькую птичку, которая взлетает из рук палача и приводит в движение нож гильотины. И возникает еще одна рифма: полет птицы и – голова жениха летит с плеч…

Именно на этом Образцовском фестивале становится очевидно, что в кукольных спектаклях не только оживают богатейшие культурные традиции, существующие много веков, отражающие сущность народов и наций, сохраняющиеся и развивающиеся в театре кукол, но и звучит авторская интонация сегодняшнего дня. Режиссерская интонация Олега Жюгжды и Александра Янушкевича, Игоря Казакова и Рубена Бабаяна, Бориса Константинова и Рейна Агура. Все-таки прав был Сергей Образцов, убежденный в том, что «искусство не существует где-то отдельно. Оно рождается жизнью и возникает от любви к жизни и природе, особенно такое нежное и такое веселое искусство, как театр кукол!».

P.S. Тема полета в театре кукол имеет еще одно значение. Известный немецкий художник-кукольник Фриц Герберт Бросс, создавший кукол для гениального Альбрехта Розера – «марионеточника номер один», по словам Образцова – в единственной главе своей ненаписанной книги «Сколько нитей должно быть у одной марионетки?» утверждал: «Многочисленные нити марионетки ведут к подражанию! Представьте себе умирающего лебедя, изображенного такой марионеткой! С другой стороны, представьте себе простую марионетку с тремя нитями (две нити поддержки и одна нить игровая или наоборот). Какое множество движений, какое очарование! Как легка такая марионетка, как взлетает ввысь, как падает, как вращается!»